Дочитал книжку

[allocco]

Олега Хлевнюка под названием «Хозяин. Сталин и утверждение сталинской диктатуры».

Это такое детальное и очень обстоятельное исследование того, как Сталин превратился из «первого среди равных» в полновластного и единоличного диктатора. Человека, который практически без ограничений мог распоряжаться судьбами своих соратников по Политбюро и ЦК, не говоря уже об обычных людях.

Вся монография построена на документах — анализируется огромный массив письменных распоряжений, стенограмм, записок, переписка Сталина с Молотовым, Кагановичем и другими. При всём при этом, будучи академическим исследованием, книга хорошо читается и, что самое главное, содержит множество ответвлений в разные сюжеты.

Ясно, что в одной книге нельзя охватить всю историю 30-х годов: коллективизацию, индустриализацию, «большой террор», внешнюю политику, экономические аспекты сталинизма и т.д. Поэтому Хлевнюк сообщает краткие сведения о сюжете, а затем переключается на свою главную задачу: показывает, как именно был в это вовлечён Сталин.

Поражает, конечно, централизация советской жизни. Ясно, что при плановой экономике в её предельном варианте так и должно быть, но, боюсь, я не до конца себе представлял масштабов. Так, приводится пример, как Политбюро (по требованию Сталина) запретило открывать в Ленинграде «универмаг для продажи промышленных товаров повышенного качества» (об этом ходатайствовал Киров).

Что меня ещё удивило (правда, об этом Хлевнюк пишет вскользь и даёт ссылку на книжку Пола Грегори, которую я начал читать на днях) — советские планы «пятилеток» были сплошь и рядом фейком, пустышкой. То есть, задачи, видимо, какие-то ставились, но их реальное выполнение не контролировалось, а планы почти никогда не выполнялись. Ещё пример: целый ряд крупнейших заводов и комбинатов (Магнитогорский комбинат, Нижегородский автозавод и другие) строились вообще без готовых проектов и смет. «До сих пор никто не может сказать, сколько стоила постройка Сталинградского тракторного завода», сетует Орджоникидзе в записке для Политбюро в 1930 году.

Отдельное следует сказать о «большом терроре». Одно из соображений Хлевнюка (подтверждённое несколькими документами) состоит в том, что триггером для спецоперации 1937-1938 годов была война в Испании, точнее, борьба с предателями и шпионами в кругу противников Франко. Сталин, активно помогая республиканцам, распекал их за недостаточное внимание к внутренним врагам, одновременно синхронизируя борьбу со своими внутренними врагами в Москве. Я такого взгляда на историю этого дела раньше не встречал.

Впрочем, как я сейчас понимаю, я почти ничего не знал про это, разве что общеизвестный фольклор. Книжка Хлевнюка, смею надеяться, немножко уменьшает невежество и предлагает множество путей для дальнейшего движения.